Игорь СИДОРОВ

Фестиваль «У Золотых Ворот».

День Армянского Театра.
Моноспектакль «Гамлет. MACHINE».

– Как твоё имя?
– Гамлет.
– Как твоё имя?
– Гамлет.
На сцене минимум декораций. Стол, на котором сидит актёр, занятый очень важным делом: он изучает некое плетение из медной проволоки и погружён внутрь себя. Эта странное проволочное изделие становится неким проводником в другой мир. В тот мир, куда уходит актёр и куда он вскоре поведёт за собой зрителей.
Почему вскоре?
Потому что это ещё не спектакль. Это только прелюдия. Зритель всаживается по местам, но актёр уже на сцене. Он действует, он существует. Он живёт.
На нём одежда светлых тонов. Холщовые довольно-таки широкие брюки, странный жилет с ремнями. Он бос.
Всё кажется предельно простым.
Справа от стола – дверь. Странная дверь. Белого цвета. На ней как на картине абстракциониста красные брызги и кляксы. Кровь? Краска ?
Слева от стола – странный наряд из проволоки и ткани. Сначала зритель не понимает, что это такое, но в ходе спектакля все станет ясным.
Итак мы начинаем.
Сразу хочется сказать о невероятной харизме Нарека Багадасарянв, играющего героя. Сколько в нём энергии, силы, страсти! Каким разным он может быть. В течение спектакля его персонаж ощущает такую гамму чувств! В одном человеке уживаются и Гамлет, и Офелия и Гертруда. Они становятся деталями одной машины, имя которой человек. Ведь на время спектакля Нарек действительно становится некой машиной, которая действует. И действует мощно и порой с напором.
Спектакль начинается. Зритель постепенно начинает входить в сценический язык и стиль работы. Возможно, кому-то кажется странным начало. Кому-то , но не мне. Я смотрю на сцену как загипнотизированный.В полной тишине внезапно раздаётся голос. Вопрос :«Как твоё имя? – ответ: «Гамлет». Герой встаёт со стола и идёт к двери.Стучит по ней несколько раз. Возвращается к столу. Садится. Голос раздаётся вновь. Всё повторяется. Но уже с новой силой. Сделано и сыграно это так сильно. В каждом движении чувствуется внутренняя наполненность. Это не просто работа в пространстве. Это нечто большее. Большее и глубокое. Это погружение в себя и отречение от окружающего. Это поиск. Это самоопределение. Это ответы и вопросы, которые находит человек, когда он долгое время находится в поиске. Другое дело, что ответы не всегда к чему-то приводят. И иногда человек ходит по кругу. Как впоследствие будет ходить по кругу герой спектакля. Ускоряясь всё больше и больше с каждым новым витком единой спирали.
Нельзя не сказать о режиссёре. Артур Макарян невероятно тонко и грамотно выстроил действие. В этом спектакле работает буквально всё. Каждая деталь. Каждая мелочь. Если что-то вообще можно назвать в этом спектакле мелочью. Я думаю, что тут нет мелочей. Тут важно всё. У каждого предмета своя роль, своё значение, своя краска.
Спектакль идёт на армянском языке и у зрителя есть возможность наслаждаться мелодикой и фоникой этого языка, который в большинстве своём зритель не знает. Субтитров нет. Нет построчного перевода. Но благодаря режиссуре и мощной актерской работе зритель понимает все происходящее. Контрапунктом звучат фразы, которые произносятся на русском.
Это голос, который в начале спектакля задаёт вопрос: «Как твоё имя?»
Кто он? Кому он принадлежит? Это голос Создателя? Голос Господа? А Гамлет уже в ином мире? Он предстал перед Божьим судом?
Или это голос доктора? А Гамлет более и находится в лечебнице?
Или это голос, который звучит внутри Гамлета? Его альтер-эго?
В принципе, это и не важно. Важна эмоция.
Как важен в этом спектакле будет жест. Как важна в нём будет пластика. Как важно в нём будет движение. Каждое движение. Даже самое незначительное. Потому что режиссура настолько плотная, что незначительного здесь просто не может быть.
Зритель в течение спектакля будет свидетелем неких метаморфоз. Стол превратится сначала в флейту, затем в корабль, а потом в склеп. Актёр будет перевоплощаться из Гамлета в Офелию , а из Офелии в Гертруду.
И это будут именно метаморфозы. На моих глазах происходит чудо. Меняется пластика, меняется манера двигаться. И это во всём. От поворота головы, от кончиков пальцев рук до пальцев ног. Кисть. Лодыжка. Щиколотка. Спина. Прядь волос, выпавшая из пучка, в который собраны удлинённые волосы актёра .И вот это уже не Гамлет, а нежная Офелия. На смену мужской энергии, на смену мощному потоку силы , которая ощутима даже физически, приходит мягкость и незащищённость. Меняется подача. Эти изменения во всём. Потому что они изнутри. И это уже не Гамлет. Это уже Офелия.
Особенно поразило меня то, как сделана и сыграна сцена , когда Гамлет начинает слышать голос своего умершего отца. Призрака. Этот голос проходит сквозь Гамлета. Призрак становится неким духом и проникает в плоть героя. Герой корчится в судорогах, Его колотит и трясёт. Он превращается в пишущую машинку. Его ноги выстукивают какой-то только им понятный ритм. Звуки напоминают звуки пишущей машинки. Да-да. Именно пишущей машинки, а не клавиатуры компьютера. А на экране проецируются слова, которые словно выходят изнутри героя. Выходят, рождённые в нём самом, в его сущности и сути. Выходят, чтобы быть представлены этому миру буквально на несколько секунд.
Мощно. Сильно. До дрожи!
Вообще, если говорить о ритме, то, как мне показалось, он тоже в этой работе очень и очень значим. Актёр стучит себе по лбу, как будто вспоминает что-то, затем стучит по крышке стола и вновь по лбу. Это повторяется. Эти звуки образуют ритмическую ткань спектакля. Как и звуки шагов. Как и стук в дверь. Как и само дыхание.
Ускорение. Замедление. Звук. Тишина. Музыка.Чередование одного и другого.Пульсация крови и напряжение в мышцах. Биение сердца. Само течение жизни. Живое течение жизни.
Примеряя на себя наряд Офелии или Гертруды, актёр не просто меняет свою манеру двигаться, говорить, существовать, он словно меняет свою сущность, освобождая женскую энергию, которая есть в каждом человеке: начинает жить как Офелия, а потом как Гертруда. Он становится каждой из этих женщин. На определённое время. Чтобы в финале спектакля возвратиться к себе.
И вот он сидит один около той самой двери. Все вещи собраны и сложены в так называемый сундук. Стол перевёрнут вверх ногами и это уже не стол. Произошла ещё одна метаморфоза. А герой сидит у двери, которая, по-видимому, никуда не ведёт. А возможно, вообще и не существует. Он сидит, обнимая колени. Он дышит. Он чувствует. Он ощущает. Он мыслит.
И возможно, он уже та самая мысль. Мысль, которая побуждает к действию. Мысль, которая рождает вопросы и побуждает к поиску ответов. Даже если эти вопросы риторические…
Аплодисменты невероятному таланту и силе Нарека Багдасаряна! Его профессионализму и мастерству!
Спасибо за метаморфозы! Спасибо за тонкость и глубину!
Аплодисменты Артуру Макаряну!
Спасибо за уникальный сценический язык! За внимание к деталям! За чувство стиля и тонкость!
Спектакль состоялся и со мной невероятные ощущения! Ощущения, которые хочется сохранить надолго!
Браво!

Կարդացեք նաև